Как ГЭС угрожают Каспийскому морю

Споры о том, что происходит с Каспийским морем, продолжаются несколько лет. Раз в пару месяцев очередной блогер снимает «убежавший» берег, общественность ахает, и в средствах массовой информации появляется ряд публикаций, где солидные люди, сидя в кабинетах столичных учреждений, сообщают о своем «беспокойстве» либо о том, что это природные процессы и они, по всей видимости, неминуемы.

В ноябре 2022 года президент Казахстана, посетив Мангистаускую область, поручил создать институт по изучению Каспия. На дворе март 2024-го, но до сих пор при упоминании об этом заведении значится слово в будущем времени – «откроют». Когда же от теории перейдут к практике – до сих пор непонятно. Известно лишь одно: даже если Каспий уходит «по собственному желанию», это в любом случае нужно перепроверить…

За судьбу Каспийского моря неприбрежные жители страны переживают как за Аральское. Мол, не ровен час – и море просто пропадет. Однако в данном конкретном случае ситуация куда страшнее.

Каспий для мангистаусцев – не только шикарные закаты, прохлада, великолепный вид и возможность развивать туризм. От наличия моря в этом регионе в прямом смысле зависят жизни сотен тысяч человек, ведь питьевую, горячую, техническую воду и отопление здесь получают исключительно из морской. Альтернативных источников воды настолько мало, что обеспечить ими все населенные пунк­ты просто нет возможности. А значит, если как-нибудь поутру Каспий, устав ждать «изучения», скроется за горизонтом, то сотни тысяч людей будут нуждаться в экстренной эвакуации…

Однако о настолько суровом сценарии никто и не думает. Большинство ученых верят и надеются, что происходящее с Каспием носит природный характер и море обязательно вернется. Правда, в прошлый «цикл» ему на это понадобилось 30 лет. Смогут ли жители Мангистау так долго ждать воды?

По версии профессора экономет­рики, члена Нью-Йоркской академии наук Нурлана Мунбаева, уровневый режим Каспийского моря имеет цикличный характер.

– С момента второй половины 60-х годов прошлого века начался процесс обмеления Каспийского моря. Это вызвало беспокойство у руководства бывшего СССР. В 1977 году был зафиксирован самый низкий уровень Каспия за последние 400 лет. Тогда он упал на три метра. На данный момент нынешнее понижение уровня моря не превышает те показатели, – сообщает Нурлан Мунбаев.

Важно отметить, что в данном вопросе показатели экспертов расходятся. Так, Министерство экологии, геологии и природных ресурсов в июле прошлого года сообщало о понижении моря до уровня – 28,7 по балтийской системе (в 1977-м этот показатель был равен – 29,0). По наблюдению общественности, в том числе и из-за проводимых дноуглубительных работ разными компаниями (МАЭК, Морпорт, НСОС и другими), море отошло еще дальше от берегов. Некоторые ученые отмечают, что уровень воды снизился на четыре метра – таким образом превысив показатель 1977 года.

Подобные процессы называют «дыханием» моря. Большинство ученых убеждены, что для паники особых причин нет. Хотя они же не отрицают того факта, что поступления в Каспий воды от главного «донора» Волги в последнее время становится все меньше.

Так, по данным Нурлана Мунбаева, до 1991 года в богатые снегом сезоны Волга приносила Каспию до 350 куб. км воды в год, тогда море заливало берега. В малоснежные годы – всего 200, а иногда и 150 куб. км воды – и тогда уровень моря начинал понижаться.

– Чтобы море не уходило, ежегодное пополнение естественного и инфраструктурного потребления не должно быть меньше 200 кубических километров в год. Сейчас этот показатель всего 150–175 кубических километров. Это тоже влияет на понижение уровня. Большую роль в снижении потоков с Волги оказывают построенные гидроэлектростанции, дамбы и водохранилища, – говорит профессор Нурлан Мунбаев.

После 1991 года на Волге было построено восемь гидроэлектростанций – Иваньковская, Угличская, Рыбинская, Нижегородская (Горьковская), Чебоксарская, Жигулевская (Куйбышевская), Саратовская, Волжская (Волго­градская). Самая большая ГЭС – Волжская, выработка энергии на ГЭС более 11 600 млн кВт.ч. К крупным электростанциям также относятся Жигулевская, Чебоксарская, Саратовская, Нижегородская (более 1 000 млн кВт.ч).

Всего в бассейне Волги насчитывается около 800 водохранилищ с суммарным полезным объемом 101 куб. км и площадью зеркала 30,4 тыс. кв. км, которые аккумулируют почти 70% среднегодового стока.

– Построенные дамбы и водо­хранилища снижают объем воды, который поступает в Волгу. Это может влиять на ее сток и, следовательно, на приток в Каспийское море. Создание водохранилищ и ГЭС может изменить экосистему реки Волги и ее притоков, что может сказаться на рыбных ресурсах, водном биоразнообразии и условиях жизни в регионе. Строительство ГЭС позволяет регулировать водные ресурсы, но также может вызвать проблемы, связанные с водным дефицитом или избытком в разных сезонах. Влияние на природу и экосистему реки Волги может иметь долго­срочные экологические последствия для Каспийского моря. В целом, строительство дамб и ГЭС – это сложный баланс между потребностями в энергии и сохранением природных ресурсов. Необходимо учитывать экологические аспекты и сотрудничать с соседними странами для сохранения уникального Каспийского моря, – считает профессор.

Оно обещало вернуться

Не первый год поднимается вопрос о том, что необходимо сесть за стол переговоров с соседями по Каспию и решать вопросы по нехватке воды и контролированию уровня моря сообща. Однако остро вопросы никто не ставит. Между тем ученые говорят, что меры по сохранению Каспия все-таки принимаются.

– Для сохранения моря в этом году в Актау откроется институт по изучению Каспия. Все процедуры регистрации уже пройдены. Лаборатория будет находиться в Атырау. Бюджет утвержден. Осталось утрясти нюансы, назначения на должности будут производиться премьер-министром Казахстана. Задача сотрудников института – в плотном взаимодействии в том числе с сопредельными государствами в решении проблемы обмеления. Также в Казахстане разработаны новые правила по защите экологии Каспия. Они включают в себя меры, такие как заправка судов топливом, мойка грузовых отсеков, фильтрация и сброс хозяйственных вод в море. Каспийские государства сотрудничают в решении проблемы обмеления моря. Это включает в себя совместные усилия по контролю загрязнения и сохранению экосистемы Каспийского моря, – говорит Нурлан Мунбаев.

По словам эксперта, в решении проблемы обмеления Каспийского моря заинтересованы и участ­вуют Иран, Россия, Казахстан, Азербайджан и Туркменистан. Эти пять государств, граничащих с Каспийским морем, подписали соглашение о его правовом статусе, которое устанавливает формулу разделения его ресурсов и запрещает другим странам размещать вооруженные силы на этой территории. Это важный шаг для смягчения региональных напряжений и сохранения уникального природного ресурса.

Точных дат открытия института до сих пор нет. Возможен ли вариант перенаправить часть водных богатств Волги обратно в Каспий – пока тоже неизвестно. Нурлан Мунбаев уверен, что в настоящее время уровень моря находится в периоде временной стабилизации, и можно полагать, что через десять лет он начнет подниматься.

Оптимистично настроены и предприниматели в сфере туризма в Мангистауской области. Несмотря на то что «английский уход» Каспия доставил им массу неудобств, они продолжают верить и надеяться, что море вернется.

Так, у бизнесмена Сергея Ворожейкина помимо коммерческого пляжа на берегу Каспия есть несколько прогулочных катеров, которые пользуются невероятной популярностью у местных жителей и гостей региона. В этом году места для швартовки придется переделывать, поскольку море отошло настолько, что там, где «припарковывались» катера и яхты, сейчас даже катамаран не пройдет.

– Я уверен, что это естественные процессы. Такое уже было в 90-х. Берег начинался еще дальше, чем сейчас. Что нам остается делать? Подстраиваться под море. Это живой организм, сложно его винить в чем-либо. Жду ли я поддержки от государства? Нет, конечно. Бизнес есть бизнес. Он всегда сопряжен с рисками. Здесь аналогичная ситуа­ция. Надо будет строить новые причалы. Но по опыту прошлого «дыхания» настоятельно рекомендую другим и сам воспользуюсь этим советом: не делать никаких фундаментальных конструкций. Море никого не пощадит, – предупреж­дает бизнесмен Ворожейкин.

Предостережение Сергея Юрьевича основано не на пустом месте. Он вспоминает, как в 90-е годы, когда Каспий начал прибывать, под водой оказались масса разных построек, волейбольные площадки, аттракционы, колесо обозрения, дома на базах отдыха, пирсы и даже проезжая часть. Тогда главной головной болью населения было «остановить» уровень моря. Люди боялись, что под водой могут оказаться многоквартирные дома.

Сегодня многие, если не большинство жителей области уже и не помнят о том времени, когда береговая линия находилась в нескольких сотнях метров от той, к которой они привыкли. Поэтому, когда последние 20–30 лет перед морем, на расстоянии в несколько десятков метров строились отели и рестораны, сторожилы пред­упреждали, что однажды море уже снесло все это «великолепие» и ситуация может повториться.

К счастью, в сегодняшнем цик­ле «дыхания» о затоплении имеющихся строений речи не идет. Наоборот, огромная часть пляжей и баз отдыха оказались заложниками ситуации. Море сильно отошло, стало мельчать, и, чтобы дойти до глубины, нужно пройти сотни метров вперед.

В целом придерживаются политики не особого вмешательства и международные эксперты. Так, председатель Дагестанского отделения Российского географического общества, профессор Дагестанского госуниверситета Эльдар Эльдаров считает, что Каспий обязательно вернется.

«Паниковать не стоит. Каспий постоянно «дышит», и периоды регрессии неизбежно сменяются периодами трансгрессии. Вот, к примеру, график процессов, происходящих с нашим морем в последние сто лет. Хорошо помню, какая паника наблюдалась в Советском Союзе где-то с середины 60-х до конца 70-х годов, когда уровень Каспия упал на три метра. Причем паниковал не только, скажем так, «глубинный народ», но и тогдашние руководители страны. Начали срочно углублять порты Махачкалы и Баку, было принято решение о перекрытии пролива, связывающего залив Кара-Богаз-Гол с Каспийским морем. Более того, правительство СССР на полном серьезе рассматривало вопрос о переброске пресной воды из сибирских рек в Волгу и Урал.

Помешал реализации этих мегапроектов сам Каспий. Его уровень начал стремительно подниматься, и государству пришлось тратить огромные деньги уже на борьбу с наступающим морем. Только в 1993 году, к примеру, из федерального бюджета на эти цели было направлено 41,9 миллиарда рублей», – рассказывал он в интервью российскому изданию «НД».

«Российские ученые прекрасно знают о причинах, повлиявших на нынешнюю ситуацию. Это, прежде всего, глобальное потеп­ление, вызвавшее значительное повышение среднегодовых температур на планете. Только нынешним летом (2023 год – Прим. автора) было установлено несколько температурных рекордов, и эта тенденция, уверен, будет сохраняться. В свою очередь повышение температур ведет к иссушению климата в Северном полушарии. Уменьшается количество осадков, растет испарение рек и водоемов.

В нашем случае речь идет, преж­де всего, о Волге с ее громадными водохранилищами ГЭС, а также о Каспии, вода которого очень активно испаряется. По данным заместителя руководителя Волжско-Каспийского филиала ФГБНУ «ВНИРО» («КаспНИИРХ») Сергея Шипулина, сегодня ежегодно Волга «недодает» Каспию примерно 30 кубических километров воды. Это очень много. Научное сообщество прогнозирует, что в ходе нынешней регрессии уровень Каспия упадет еще на 4–5 мет­ров, а северная часть моря, как я уже говорил, превратится в огромное болото.

После чего маятник обязательно качнется в обратную сторону. Точно сказать, когда это произойдет, невозможно. Но можно предположить, что очередное наступление Каспия на сушу начнется внезапно, как это происходило в последние века. Если падение прогнозируется еще на 4–5 метров, то подъем (согласно эффекту маят­ника) составит уже примерно 5–7 метров», – отмечает Эльдар Эльдаров.

Он также посоветовал не строить на «освободившихся от Каспия» территориях никаких капитальных строений и соблюдать минимальную дистанцию в 25 метров.

Вопросы без ответов?

Существуют, впрочем, и несколько иные точки зрения, а также варианты решения ситуаций.

Так, казахстанский эколог Орынбасар Токжанов в интервью телеканалу Almaty.tv заявил, что одной из главных причин обмеления Каспия является испарение. И чтобы избежать экологической катастрофы, необходимо участие всех пяти прикаспийских государств. В частности, он посоветовал углублять и очищать реки, а также разумно использовать их воду.

По данным дистанционного исследования земли, за последние 15 лет акватория казахстанского сектора Каспийского моря сократилась на 7%. За последние 150 лет уровень моря опускался и поднимался пять раз. Сегодня он снизился до четырех метров.

Это, по мнению экспертов, опас­но как для экосистемы, так и для судоходства. Проблему можно решить двумя способами: строи­тельством Евразийского канала, соединяющего Каспийское и Азовское моря, или же разработкой канала от Южного моря до Персидского залива. Эту идею ранее выдвигал президент Ирана.

Лично у меня, как жителя Мангистауской области, чья жизнь в большой мере зависит от наличия Каспия, эта идея вызывает сразу несколько вопросов. Во-первых, если будет прорыт подобный канал, не станет ли новое «дыхание» моря (лет через 6–10, как прогнозируют ученые) причиной затопления. И второе: соединение Каспия с другими, ранее не известными водами не нарушит ли существующий микроклимат моря, не станет ли причиной гибели краснокнижных тюленей и осетровых рыб. На эти и другие вопросы мы очень надеемся получить ответы ученых сразу пос­ле открытия института Каспия.

Подводя итоги, можно отметить, что, если даже довериться основной версии про «дыхание» Каспия, нельзя упускать тот момент, что оба профессора называют причиной и снижение подачи воды с Волги. Если невозможно остановить существующие проекты, вполне можно обговорить мораторий на создание новых ГЭС и дамб. Также стоит на законодательном уровне решить вопросы запрета или разрешения строительства на освободившихся территориях. Важно при этом не исключать рисков, связанных с дальнейшим уходом моря, и разработать план по его «пополнению» в экстренной ситуации. Нельзя допустить, чтобы Мангистауская область осталась без питьевой воды.

Ирина Гончарова («Казахстанская правда»)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Предыдущая запись Таджикистан и Узбекистан обсудили строительство двух ГЭС на реке Зарафшан
Следующая запись Майнинг и маловодье: причины энергокризиса в Кыргызстане
Закрыть

Подпишитесь на нашу рассылку

НАША РАССЫЛКА

ПОДПИШИТЕСЬ НА НАШУ ЕЖЕНЕДЕЛЬНУЮ РАССЫЛКУ НОВОСТЕЙ